Tag Archives: #revolution

ШОС – Итоги Протестного Года

Дмитрий Щигельский

Белла Фокс

Александр Перепечко

Вера Хортон

Сергей Другаков

Михаил Кучеров

Антон Малкин

Опубликовано 8 августа, 2021 г.

В августе 2020 г. Народ Беларуси начал осознавать сущность режима Александра Лукашенко. Хотя этот процесс не завершён, сдвиг в сторону осознания того, где оказались народ и страна после пребывания в течение четверти столетия под игом персоналистской диктатуры, имеет огромное значение. Люди поняли, что с самого начала режим строился на обмане, махинациях и насилии. Для того, чтобы захватить и сконцентрировать в своих руках всю власть, Лукашенко уничтожил и продолжает уничтожать политических оппонентов.

К 2020 г. изменились беларуское общество, его структура, взгляды и ценности. Произошли значительные изменения в экономической модели беларуского общества. Эти глубокие изменения породили политический кризис, в который с августа 2020 г. оказалось вовлечённым большинство граждан Беларуси. Острый политический кризис проявился в противостоянии народа режиму во всех сферах жизни: экономической, информационной, религиозной, политической и общественной.

После августа 2020 г. режим окончательно отбросил всякую видимость законности. По существу, прекратилось исполнение таких базовых функций государства, как обеспечение безопасности граждан, законное судопроизводство, разрешение конфликтов, арбитраж. Лукашенко и его режим сами стали основным источником опасности для граждан Беларуси.

Continue reading ШОС – Итоги Протестного Года

О введении режимов чрезвычайного и военного положения в диктатурах и сопротивлении (Брифинг)

Александр Перепечко

Дмитрий Щигельский

Опубликовано 6 июля, 2021 г.

Вопрос:      Какими могут быть действия диктатуры в Республике Беларусь (РБ), с одной стороны, и оппозиции/сопротивления, с другой стороны, при объявлении чрезвычайного положения (ЧП)? На какой срок может быть введён режим ЧП и какими могут быть его последствия для противоборствующих сторон в плане активности? 

Ответ:      По белорусскому законодательству чрезвычайное положение (ЧП) и военное положение (ВП) – это особые временные правовые режимы деятельности госорганов, должностных лиц, вводимые на всей территории страны или в отдельных местностях и допускающие ограничения прав и свобод граждан и организаций, а также возложение на них дополнительных обязанностей. 

Одно из отличий состоит в том, что режим ЧП на всей территории Беларуси не может превышать 30 суток. Если ЧП вводят в отдельных областях или местностях, там он может действовать 60 суток. Причины для введения ЧП и предусмотренные им меры подробно рассмотрены в Законе о Чрезвычайном Положении (Закон, 2009). Поэтому нет смысла их здесь пересказывать.

Но это все de jure.

Continue reading О введении режимов чрезвычайного и военного положения в диктатурах и сопротивлении (Брифинг)

С какой диктатурой в Беларуси мы имеем дело, и как такие диктатуры заканчиваются (Брифинг)

Александр Перепечко

Опубликовано 29 июня, 2021 г.

            Автором были проанализированы базы данных GWF, Института глобальных изменений Тони Блэра и Archigos, а также ряд открытых публикаций в западных, беларуских и российских научных изданиях. Формат брифинга не позволяет даже кратко сказать об использованных теориях и методах. Можно лишь кратко суммировать результаты анализа, которые и представлены ниже в виде 7-ми пунктов, а также выводов. 

            1) В Республике Беларусь (РБ) узурпатор Александр Лукашенко является de facto единственным субъектом политики. Ввиду этого обстоятельства, оппозиции вести переговоры с его «вертикалью», отдельными функционерами или их группами не представляется логичным. Такие тираны вступают в переговоры только тогда, когда они проиграли борьбу за удержание власти. 

            В качестве примера можно привести следующую гипотетическую ситуацию: президентский дворец окружён восставшим народом, охрана сложила оружие, и все пути для бегства узурпатора отрезаны. В такой ситуации переговоры дают возможность уменьшить насилие (число убитых) на 15-25%.

            2) Но даже в этом случае, ввиду особенностей психики Лукашенко и особенностей его восприятия других партнёров, весьма сомнительно ожидать, что тиран сможет договориться. Об этом неоднократно говорил и писал психиатр Дмитрий Щигельский.

Continue reading С какой диктатурой в Беларуси мы имеем дело, и как такие диктатуры заканчиваются (Брифинг)

К понятию “Восстание”

На основании: Бен Куртас, Молитва пасторов близ Хараре, Зимбабве, 2017 и Брендан Хоффман, Майдан, Киев, Украина, 2014

Борис Филановский

юрист, историк

Опубликовано 16 мая, 2021 г.

Википедия трактует понятие “восстание” следующим образом: “Восста́ние, или мяте́ж — один из видов массовых выступлений против существующей власти, как правило, не приводящих к смене политического строя в государстве, стране или регионе”.

В национальном праве Беларуси, как и большинства современных государств, понятие “восстание” отсутствует. В связи с этим для толкования термина “восстание” с точки зрения белорусского права следует проанализировать его применение в международных правовых актах, в которых участвует Республика Беларусь, практику применения в тех странах, где оно включено в правовую систему, историю формирования этого термина.

Республика Беларусь, на тот момент Белорусская ССР, участвовала в принятии Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948 г. Всеобщей декларации прав человека, (далее — Декларация). В преамбуле этого документа в качестве одной из целей его принятия записано: “принимая во внимание, что необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона в целях обеспечения того, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения…”

Из этого определения следует, что восстание как правовое понятие — это законное право человека как части народа выступить против легальной власти государства в месте своего проживания. В ходе такого выступления народ использует средства, которые не соответствуют легальным процедурам, предусмотренным законом для осуществления народовластия. Восстание — это крайняя, вынужденная мера, к которой народ вправе прибегнуть для защиты от тирании и угнетения. Вместе с тем, в перечне собственно прав человека, перечисленных в Декларации, это право отсутствует. Иными словами восстание — это средство обеспечения иных прав и свобод человека, направленное на защиту остальных прав, перечисленных в Декларации, и принадлежащее не каждому отдельному человеку, а человеку как части группы, т. е. народу в целом. Применение этого права не поощряется, а допускается в крайнем случае при нарушении властью других прав и свобод, если предусмотренные законодательством меры воздействия к нарушителю — легальной власти, не приносят результата. Ответственность за его применение возлагается на власть, осуществляющую тиранию и угнетение по отношению к народу.

В Статье 3 Конституции Республики Беларусь 1994 г. (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г.) записано: “Единственным источником государственной власти и носителем суверенитета в Республике Беларусь является народ. Народ осуществляет свою власть непосредственно, через представительные и иные органы в формах и пределах, определенных Конституцией. Любые действия по изменению конституционного строя и достижению государственной власти насильственными методами, а также путем иного нарушения законов Республики Беларусь наказываются согласно закону”.

Continue reading К понятию “Восстание”

Deep crisis in Belarus: Stalemate and three crucial questions (Analytical summary)

[The Belarusian Revolution] [image]. (n.d.). [Photo].

[The Belarusian Revolution] [image]. (n.d.). [Photo].

By Alexander Perepechko, Dmitry Shchigelsky, Ihar Tyshkevich, Youras Ziankovich

SEATTLE – NEW YORK – KYIV – HUSTON

Published on December 26, 2020

INTRODUCTION

The political confrontation in Belarus has reached a stalemate. Neither of the two opposing sides can win in the short-term or long-term. Neither of these side is willing to calmly discuss key issues which the country will face after the confrontation ends.

This situation pushed us to create a virtual platform where participants can discuss the events, processes, and logic of the Belarusian crisis. Based on these discussions, forecasts of future developments in this country will possibly be made. For a start, we offer here an analytical summary of our first discussion.

The goal of this publication is to start outlining the area for future debates.

We hope to include new participants, topics, and questions. We also intend to publish summaries of future discussions. With any luck, political actors would use them as inputs for decision-making…

Continue reading Deep crisis in Belarus: Stalemate and three crucial questions (Analytical summary)